разделы сайта
новости
объявления
03.08.2020

    Настоятель Зосимовой пустыни игумен Серафим (Семилетов) отслужил панихиду на могиле своего первого духовника, архимандрита Маркелла (Егоровского). Сегодня исполняется 15 лет со дня кончины приснопоминаемого о. Маркелла.

            В 1998 году во время всенощной в храм вошёл молодой человек и встал неподалёку от алтаря. Когда открылись Царские врата, отец Маркелл вышел, подошёл к парню и сказал: "Я знаю, что ты убивать меня пришёл. Отдай нож!". Парень дрожащими руками вытащил из-за пазухи кинжал (он до сей поры хранится в семье батюшки), встал на четвереньки и пополз за батюшкой. Все стояли в оцепенении. А парень рассказал, что он - сатанист, что действительно пришёл убивать, но когда отец Маркелл вышел из алтаря, ему захотелось целовать его ноги, т.к. священник был весь в небесном сиянии.

         Внешний облик, стать, походка, манера говорить и двигаться, удивительно молодой сильный голос – все говорит о том, что он из тех еще священников, из бывших. И действительно, корни династии священнослужителей Егоровских (поскольку служили в селе Егоровка, что в Тамбовской области) уходят в далекий XV век.

         Его мать Мария Васильевна, урожденная Вельская, из княжеского рода. Она вышла замуж за молодого семинариста Виктора Ивановича Егоровского. А в январе 1929 года у них родился уже шестой ребенок, которого нарекли Михаилом. Это и был о. Маркел, будущий настоятель Свято-Сретенского храма. То было время воинствующего атеизма. В 1930 году отца арестовали. Мать осталась одна с шестью малышами на руках мал мала меньше, да еще дедушка Иван. Справляя церковные обряды, он хоть как-то помогал свести концы с концами. Но в 1931 году семью "раскулачили", выкинули на улицу, разместив в их доме сельскую школу. Поразительно, хотя о. Маркелу было всего два года, он уверял, что именно к этому времени относятся его первые детские воспоминания: "Я дрожу, мать дрожит, и скрипят колеса телеги... ". Помнит, как мать приносила его к отцу в тюрьму показать. Охранник сказал тогда отказавшемуся отречься от Бога священнику: "Смотри, все равно больше никогда не увидишь". В столь давних детских воспоминаниях можно было бы усомниться, если бы не феноменальная память о. Маркела. Он помнил многие имена, фамилии, даты, названия улиц, извлекая их из кладовой своей памяти с поразительной быстротой.

            У семьи отобрали все: отца, родной дом, 50 ульев (их пасека славилась на всю округу) и выбросили на улицу. Спасли их прихожане (уж очень они любили о. Виктора), помогли им разместиться в омшаннике (строение для хранения зимой ульев). Холод был страшный, да и голод стал долгим спутником семьи Егоровских. Сошли в могилу сестры Михаила Нина и Зина (пяти и шести лет от роду), за ними умер и дедушка.

          Отец был сослан на лесоповал в Красноярский край. В лютую стужу заключенных высадили в глухой сибирской тайге. Ночевали под открытым небом на лапнике. К весне от 1700 человек прибывших в лагере осталось лишь 700. Пять лет каторги не прошли даром. Отец вернулся домой больной туберкулезом и еще через пять лет, за две недели до начала войны, умер в больнице в Тамбове.

          Война... Долгая и тяжкая. Мария Васильевна, чтобы хоть как-то прокормить четверых подрастающих сыновей, работала по договору пасечницей сразу в двух колхозах. Но по трудодням ей не платили, а в городе не давали паек, поскольку она числилась в колхозе. "Страшные мучения и вечный голод, – вспоминал о. Маркел. – Мама с утра варит желуди, чтобы хоть чем-то нас накормить".

       Мария Васильевна мечтала видеть сыновей священниками. Молилась, чтобы Господь услышал ее. И надо же – в 1945 году под Москвой в Загорске впервые за годы советской власти открылся Богословский институт. А в 1947 году – Ленинградская семинария, куда сразу же и поступил Михаил Егоровский, а после её окончания - в Московскую Духовную академию. Учился на "отлично".

      Первым духовным наставником его был архимандрит Клавдиан (Моденов), монах ещё с дореволюционного времени, знавший родителей юноши.

      11 сентября 1954 года, в день Усекновения главы Иоанна Предтечи, Михаила рукоположили во диаконы, а вскоре, 25 сентября, в день Воздвижения Креста Господня, - во священника. В 1954 году о. Михаил получает приход в селе Шульги в Псковской области. Через год перебрался в селе Завидово, где в лесу был всего один дом и одна церковь, которую во время войны открыли... немцы. По ночам на церковный двор забегали волки. Но патриархия всеми силами пыталась приход сохранить, поскольку в советские времена закрыть церковь было проще простого, а открыть – практически невозможно.

     Непросто складывались отношения у о. Михаила с советской властью. Прямой и открытый, он говорил что думал. А несуразностей в отношении к церкви в те времена хватало. Например, служить священник мог только исключительно в храме. Ни о каком соборовании или отпевании на дому и речи быть не могло. Запрещалось причащать детей, если они пришли в церковь с бабушкой. А проповеди надо было представлять для контроля за целый месяц.

     В 1958 году он получил сан протоиерея.

    В 1961 году уполномоченный по делам религии (была такая должность при исполкоме) лишил строптивого священника регистрации. Это означало, что служить он больше не имел права. И о. Михаил не служил восемь месяцев, до тех пор, пока не был назначен новый уполномоченный.

      В том же 1961 году о.Михаил Егоровский получил назначение в Меленки. И навсегда связал свою судьбу с древней Владимирской землей: Собинский район, а потом 15 лет в Петушках.

       3 июля 1975 года в дом Егоровских нагрянула страшная беда: в автомобильной катастрофе погибла их двадцатилетняя дочь Таня, студентка института им. Плеханова. Нет ничего страшнее, чем хоронить собственных детей. Матушка не перенесла горя и через год тоже скончалась. После этого о. Михаил принимает постриг и становится в монашестве о. Маркелом.

       Люди верующие знают: кого Бог любит, того он наказывает в этой жизни, а не в той, вечной. Вот и о. Маркелу живется тяжко – два обширных инфаркта, тяжелейшая операция. Несколько лет упорной борьбы за жизнь. В 1977 году возведен в сан архимандрита. Награждён двумя орденами преподобного Сергия Радонежского.

       В 1985 году непокорного священника вновь лишают регистрации. И когда о. Маркел не служил в храме, а ездил по командировкам, тогда-то и вызрело у него в душе страстное желание возродить Свято-Сретенский храм.

      Любвеобильный и кроткий, отец Маркелл врачевал души, утешал в скорбях, утверждал в делании добра. Не раз приходилось видеть, как во время исповеди прихожан батюшка обливается слезами вместе с ними. Поистине прав святой Василий Великий, который писал, что "духовный отец должен быть не отцом, а матерью".

       Архимандрит Маркелл с 1992 по 1999 год окормлял следственный изолятор г. Владимира. Храма в СИЗО тогда ещё не было. По настоянию батюшки в красном уголке была оборудована молельная комната, он передал туда много православной литературы, осуждённые вырезали из дерева Крест с распятием Иисуса Христа. Первые же встречи со священником оказались для них воистину живительными. Об осуждённых отец Маркелл говорил так: "Заключённые - это люди, которых до такого состояния часто доводят чёрствые сердца ближних или дальних, недостаток любви и воспитания. Им более, чем другим, необходимы любовь и Слово Божие. Кто о них позаботится? Родные часто отказываются, или их нет. Вот почему среди них много несчастных, которых следует любить и жалеть от чистого сердца. У Бога нет неисправимых. А загляни каждый в свою душу - увидишь, что тоже не праведник перед Богом...".

       Когда священнослужитель приходил в СИЗО, то лица осуждённых светлели, все хотели пообщаться с ним и получить благословение. Они чувствовали такое облегчение, словно свежего воздуха глотнули, душа их отогревалась при виде скромного и тихого старца.

         В Свято-Сретенскую церковь при нем мог прийдти  каждый.

   - Ни в коем случае ни одного грубого слова. Человек должен понять, что его здесь ждут, ему рады, – говорил настоятель храма. – А потом мы попытаемся осторожно ему подсказать, в каком виде подобает на службу приходить. Главное вначале – чтобы душа человека оживилась, чтобы услышала она: вот мой верный и правильный путь.

      . Батюшка отошёл ко Господу  3 августа 2005 года, в возрасте 76 лет. Похоронен в ограде  храма в честь Сретения Владимирской иконы Божией Матери г. Владимира.

Дорогие братья и сестры!

В монастырских новостях мы в очередной раз сообщили о том, что в нашу обитель переданы частицы мощей святых. Частиц у нас много, но лишь малая часть из них доступна для поклонения.

Осознавая неправильность такого положения мы решили объявить сбор на новый мощевик (примерно на 100 частиц). Хотим сделать его в виде большого настенного, резного киота, в центр которого мы поместим уменьшенную копию Годеновского Креста. Так все частицы мощей будут доступны всем желающим прикоснуться к святыне в Смоленском Соборе монастыря.

Стоимость нашей задумки 385 000 рублей. Приглашаем вас принять участие в богоугодном деле.

На по ступившие пожертвования уже приобретены: копия Годеновского креста, 100 ковчежцев для мощей, заказано и оплачено изготовление табличек с именами святых, готов эскиз киота.

В мощевик будут помещены и святыни, принадлежавшие митрополиту Евлогию (Смирнову) - частицы Голгофы и Мамврийского дуба.

Пожертвование можно перечислять на монастырскую карту с пометкой "мощевик".

Сегодня уже можно начать изготовление самого киота - мощевика, но на это пока собрана только, примерно, половина необходимой суммы.

Надеемся, что благодаря вашей помощи, мы сможем закончить этот проект.

_______________

Монастырь  нуждается в вашей помощи!

Сделать пожертвование можно переведя деньги на карту Сбербанка

№ 4817 7602 5672 4638.

Владелец карты - настоятель монастыря игумен СЕРАФИМ

(Сергей Юрьевич С.) 

или на Яндекс- кошелек № 4100 1573 4392 279.

Просьба указывать назначение платежа: "Пожертвование на уставную деятельность".

 

 

Монастырь в социальных сетях:

Православные праздники